Сегодня: г.

Глобальные последствия «частного случая»

Нападение на российский Су-24 в небе Сирии было спланировано

24 ноября из боевого вылета не вернулся Су-24М Воздушно-космических сил России с бортовым номером «83» (белый) и регистрационным номером RF-90932 из состава авиационной бригады особого назначения. Наш самолет был сбит истребителем F-16C ВВС Турции. В настоящее время существуют две версии случившегося.

По данным турецкого военного ведомства, российский фронтовой бомбардировщик, несмотря на неоднократные предупреждения, кратковременно нарушил воздушное пространство страны, после чего и был сбит. Согласно данным объективного контроля ВКС России Су-24М не вторгался в чужое небо, наоборот, это сделал F-16C, догнавший наш самолет и сбивший его.

Оба летчика фронтового бомбардировщика смогли катапультироваться, но были обстреляны с земли незаконными вооруженными формированиями. Командир Су-24М подполковник Олег Пешков погиб, кадры его смерти были распространены в сети Интернет. Штурман самолета капитан Константин Мурахтин смог скрыться от преследовавших его боевиков. За ним был направлен поисково-спасательный отряд, который в результате столкновения с боевиками потерял вертолет Ми-8АМТШ и военнослужащего 810-й бригады морской пехоты Александра Позынича. В тот же день на различных видеохостингах были распространены кадры, как боевики уничтожают стоящую на земле «восьмерку» управляемой противотанковой ракетой, выпущенной из комплекса «Тоу-2»

Для спасения капитана Мурахтина была организована совместная наземная операция, в которой участвовали бойцы сирийских и российских спецподразделений. В результате упорного боя в ночь с 24 на 25 ноября штурман сбитого фронтового бомбардировщика был спасен. Позже сирийское Минобороны распространило фотографии вручения бойцам вооруженных сил арабской республики российских наград.

За несколько часов российская группировка в Сирии недосчиталась двух летательных аппаратов и двух военнослужащих. Следует отметить, что с момента начала операции в САР ВС РФ вообще не имели потерь.

НАТО угрозы не увидело

Ситуацию с момента гибели Су-24М с бортовым номером «83» можно охарактеризовать достаточно просто: политический кризис, в который вовлечены не только Россия и Турция, но так или иначе НАТО, Евросоюз, Иран, Сирия и другие ближневосточные страны.

Через несколько часов после гибели российского фронтового бомбардировщика президент России Владимир Путин выступил с жестким заявлением, назвав атаку турецкого истребителя ударом в спину и пообещав серьезные ответные меры, которые последовали незамедлительно.

Это не только экономические санкции в отношении Анкары. На аэродром Хмеймим переброшены зенитные ракетные системы С-400, призванные, по заявлениям представителей российского военно-политического руководства, сбивать самолеты, нарушившие воздушное пространство Сирии или представляющие угрозу для российских Воздушно-космических сил.

В первые часы после трагедии турецкие официальные лица не только вызвали российского посла в МИД и вручили ему ноту протеста в связи с нарушением фронтовым бомбардировщиком ВКС воздушного пространства страны, но и стали инициаторами экстренного заседания стран – участниц НАТО. Несмотря на алармистские прогнозы многих экспертов, утверждавших, что НАТО займет жесткую позицию по отношению к России, официальное заявление по итогам встречи оказалось неожиданно умеренным. Более того, выступление генсека альянса Яна Столтенберга, заявившего о позиции неуклонно защищать рубежи стран – участниц Североатлантического договора, в зарубежных средствах массовой информации было названо дословно частной позицией господина Столтенберга. Согласно последовавшим утечкам информации участники встречи достаточно скептически отнеслись к турецкой версии произошедшего. Даже если кратковременное нарушение имело место, это все равно не повод сбивать российский самолет да еще в сирийском воздушном пространстве.

Хотя уже до начала совещания стало понятно, какую позицию займет Североатлантический совет. Выступая с официальными заявлениями, спикеры Пентагона и Белого дома заявили: данный инцидент носит частный турецко-российский характер, а действия Анкары не имеют никакого отношения к странам – участницам возглавляемой США «антиигиловской коалиции».

Хронология трагедии

Сообщения о гибели российского бомбардировщика появились на страницах турецких СМИ спустя считаные минуты после случившегося. Правда, по первоначально распространенным данным, был сбит МиГ-23 ВВС Сирии, нарушивший воздушное пространство Турции. Следует отметить, что с начала военного противостояния официального Дамаска и оппозиции в этом приграничном районе на севере страны в схожих инцидентах были сбиты несколько летательных аппаратов сирийских ВВС, якобы, по заявлению турецких официальных лиц, вторгшихся в их воздушное пространство.

Спустя час на различных видеохостингах в сети Интернет появился сюжет, где отчетливо виден падающий на землю самолет с горящими двигателями, в котором при ближайшем рассмотрении угадывается фронтовой бомбардировщик Су-24.

Еще через час официальное заявление распространило Минобороны РФ, где сообщило, что фронтовой бомбардировщик, вылетевший с авиабазы «Хмеймим», сбит турецким истребителем F-16C.

Официальная турецкая версия подтверждается схемами, построенными по данным наземных радиолокационных станций и бортовых РЛС, а также записей бортовых систем находившихся в это время в воздухе истребителей F-16.

Следует отметить, что сама картинка, распространенная через 20–30 минут после официального заявления российского военного ведомства, показывает: Су-24М, якобы нарушивший воздушное пространство Турции в районе характерного каплевидного выступа длиной до пяти километров – так называемого анклава Сальма, не пошел в глубь территории, а потом отвернул обратно, а фактически проследовал по касательной – срезал выступ.

По данным турецкой стороны, пуск ракеты по российскому фронтовому бомбардировщику был произведен из воздушного пространства страны, но сама РВВ поразила самолет уже над территорией Сирии. Официальная версия Анкары не дает ответа на важный вопрос: какой именно ракетой был сбит российский самолет – ближнего радиуса действия с тепловой ГСН или среднего радиуса с радиолокационной?

По словам летчика-истребителя ВКС России, с которым удалось пообщаться «Военно-промышленному курьеру», судя по турецкой картинке, расстояние до цели и ее ракурс не позволяют гарантированно поразить бомбардировщик ракетой ближнего радиуса с тепловой ГСН с учетом того, что, как заявляет турецкая сторона, пуск F-16 произвел вдогонку. Тем более, судя опять-таки по картинке, пуск производился в отсутствие визуального контакта, что само по себе нонсенс для ракет подобного класса. По мнению собеседника, речь скорее может идти о ракете «воздух-воздух» типа американской AIM-7 или даже AIM-120, но в этом случае на Су-24 должна была сработать система предупреждения, сигнализирующая о том, что бомбардировщик взят на сопровождение БРЛС турецкого истребителя.

Также ракета должна была поразить фронтовой бомбардировщик в положении с «3» до «5» часов справа по курсу, в бок. Но на известном видео, запечатлевшем гибель Су-24М, отчетливо видно, что крылья самолета, которые должны были максимально пострадать в случае попадания с данного направления, целы, а вот двигатели все в огне.

Появившаяся спустя три дня с момента гибели российского самолета официальная версия Воздушно-космических сил России утверждает противоположное. Су-24М выполнял полет вдоль турецкой границы и выступ не срезал. F-16 на высоте 4200 метров со скоростью около 810 километров в час сблизился с Су-24М (скорость 800 км/ч, но высота 5650 метров), выполнил набор высоты и фактически в упор произвел пуск ракеты, после чего ушел на высоту ниже 2500 метров. На представленной на брифинге главкома ВКС России генерал-полковника Виктора Бондарева визуальной схеме хорошо видно, что подходил турецкий истребитель к российскому борту как раз строго на «6» часов, фактически в хвост бомбардировщика.

По словам опытного летчика Су-24М ВКС России, если пуск ракеты с ГСН был произведен истребителем, находившимся ниже цели и при выключенной БРЛС, то система защиты бомбардировщика, фиксирующая факел от работающего двигателя ракеты (теплопеленгатор Л-082 «Мак-УЛ») и сигнализирующая пилотам об угрожающей опасности, скорее всего не сработала бы. Как отметил собеседник, сам теплопеленгатор находится за кабиной пилота и лучше всего фиксирует ракеты, летящие в верхней полусфере, а РВВ, запущенные на фоне земли, система распознает значительно хуже.

В этой ситуации не спасла бы Су-24М и система предупреждения об облучении «Береза». Если бортовая радиолокационная станция F-16 не работала, а ракета была с ТГСН, то СПО бессильна.

Важный вопрос: почему российский бомбардировщик не прикрывали базирующиеся в «Хмеймим» истребители Су-30СМ. Следует отметить, что в начале операции эти самолеты с подвешенными ракетами «воздух-воздух» достаточно часто уходили на сопровождение ударных машин как раз в районе турецко-сирийской границы. Но в ноябре стали появляться видеосюжеты, где отчетливо видно, что «тридцатые» уходят на задание с обычными свободнопадающими бомбами, то есть нацелены на удары по наземным объектам.

Военная дипломатия

В статье «Разрезанное небо» о переговорах между США и Россией по поводу недопущения инцидентов в воздухе указывалось, что одним из требований американских военных к нашим как раз было заранее передавать сведения о том, где и когда будут наноситься удары. Правда, представители российского военного ведомства сразу высказали опасения о том, что сведения могут попасть не в те руки. Но вероятнее всего, наше Минобороны решило пойти на некоторые уступки и начало передавать Пентагону некоторые сведения.

После трагедии с Су-24М у российских военных появились веские доказательства того, что подписанный договор о предотвращении инцидентов в небе Сирии нарушается. Будет ли он пересмотрен? Пока ответа на этот вопрос нет.

Надо признать: несмотря на все усилия, с учетом того, что в зоне падения российского бомбардировщика идут боевые действия, вряд ли можно ожидать полного и объективного расследования причины катастрофы. Как показывает мировой опыт, обе стороны продолжат настаивать на своих версиях, а их международная трактовка будет зависеть не от убедительности предоставленных данных, а от политической конъюнктуры, как это доказала гибель «Боинга-777» над Украиной.
Надо признать: несмотря на все усилия, с учетом того, что в зоне падения российского бомбардировщика идут боевые действия, вряд ли можно ожидать полного и объективного расследования причины катастрофы. Как показывает мировой опыт, обе стороны продолжат настаивать на своих версиях, а их международная трактовка будет зависеть не от убедительности предоставленных данных, а от политической конъюнктуры, как это доказала гибель «Боинга-777» над Украиной.

 

Алексей Рамм

Источник: vpk-news.ru

 
Статья прочитана 52 раз(a).
 

Еще из этой рубрики:

 

Последние Твитты

Loading

Архивы

Наши партнеры

Читать нас

Связаться с нами

info@macfound.ru